Информаторий: Гласные буквы как основа музыкальной дикции. Физиологическая и звуковая ценность гласных в вокальном искусстве. Важность четкой дикции в пении.

Гласные буквы как основа музыкальной дикции. Физиологическая и звуковая ценность гласных в вокальном искусстве. Важность четкой дикции в пении.

Животные высокоорганизованные, до некоторой степени приближающиеся к человеку, способны выражать определенными телодвижениями свои чувства разного порядка, которые они испытывают. Некоторые из них способны обмениваться своими переживаниями, гримасами, жестами и криками. Эти крики составляют первое начало речи и представляют собой исключительно лишь гласные звуки. Однако в голосе некоторых животных можно обнаружить зачатки согласных, как бы сопровождающих гласные звуки.

Но только тогда, когда в действительности гласные звуки соединены между собой согласными, как это имеется в человеческой речи, может быть положено начало членораздельному способу выражения, передающему все оттенки чувств и особенно бесконечные пути человеческой мысли.

Приобретение согласных человеком было самым важным моментом его дальнейшего интеллектуального и социального развития, способствуя созданию общества, дав ему возможность при помощи членораздельной речи, а впоследствии письма, которое является ее воплощением, выражать и сохранять тысячи оттенков мысли и пользоваться всеми духовными и материальными ценностями, созданными предшествующими поколениями.

Чтобы дать начало происхождению речи, достаточно при соединения к гласным тех шумов, которые образуются препятствиями, представляемыми органами произношения и называемыми согласными. Пение, как принято думать,- это слово, облеченное музыкальным характером. Речь умелого оратора тоже музыкальна. Музыкальный тембр его голоса составляет существенный элемент его речи. Тесситура голоса оратора заключает в себе пять или шесть тонов, редко бывает восемь, которыми, умело пользуясь, можно придавать речи силу и красоту.

Речь и пение разнятся между собой количеством звуков, необходимых для их воспроизведения. В пении принимает участие около двух октав, иногда даже больше. При пении звук выдерживается более или менее продолжительное время на одной и той же высоте. Во время речи промежуток времени, в течение которого выдерживают звук, бывает гораздо короче, а иногда совсем краток. Высота звуков в пении различна и зависит от воли композитора, реже самого певца. Во время речи звуки связаны между собой постепенными переходами из одного в другой. При пении голосовая щель значительно более сужена, чем при речи, а полости резонанса должны быть совершенно свободны.

Южные народы, языки которых богаты гласными звуками, поют более свободно и звучно, чем народы севера, в наречиях которых преобладают согласные. Отмечено, что резонаторные полости значительно более открыты у народов южных, чем у северных. Во всех тех языках, где гласные разделяются многочисленными согласными, быстрота чередования звуков при пении затруднительна.

Различные языки тем музыкальнее по своей природе, тем больше представляют удобств для пения, чем количество согласных звуков в них меньше. Образцовым типом такого языка является итальянский.

Очень хороши для пения русский и украинский языки.

Если записать кривые разговорного и певческого голоса, то можно заметить, что кривая разговорного голоса отличается постоянными подъемами и падениями. Высота обычного разговорного голоса соответствует обычно середине охватываемой голосом шкалы тонов. Разговорный и певческий голос у одного и того же лица не всегда похожи. Бывает так, что при некрасивом разговорном голосе скрывается прекрасный певческий голос, так же как при очень приятном тембре разговорного голоса певческий звук может оказаться очень некрасивым и даже по тембру неприятным.

Человеческая гортань способна производить звуки с количеством колебаний от 42 до 1 708 в секунду (Fi- а3 ). Но в пении пользуются только звуками с числом колебаний от 80 до 1 034 (Е- С3 ), что равно приблизительно четырем октавам, с отступлением в ту или другую сторону.

Диапазон обыкновенных певческих голосов равен в сред нем двум октавам.

Значительно меньше по звуковому объему детский голос. У девочек он простирается от f 1 до h 1 , у мальчиков от с 1 до h 1 . На шестом году он равен септиме, от восьмого до десятого года - октаве, затем он понемногу увеличивается.

* Самые тщательные наблюдения по точному определению объема певческого голоса показали, что: у басов голос простирается от Е (81,4) до с 1 (256), в исключительных случаях от D (72,5) до g 1 (387,5).

у баритонов - от G (96,8) до g 1 (387,5) в исключительных случаях от Fis (91,4) до g 1 (387,5).

у теноров - от Н (122,06) до h 1 (488,2), в исключительных случаях от А (108,7) до d" (580,6).

у контральто от d (145,1) до d" (580,6), в исключительных случаях от cis (137,0) до V (690,5).

у высокого альта - от g (193,7) до (690,5), в исключительных случаях от fis (182,8) до а" (879,0).

у меццо-сопрано - от а (217,5) до а" (879,0), в исключительных случаях от fis (182,8) до а" (879,0).

у сопрано - от с 1 (258,6) до с"' (1 034,6), в исключительных случаях от h (294,1) до е"' (1 303,4).

Следовательно, объем человеческого голоса охватывает более четырех октав: большую октаву, малую, первую и вторую. В пределах мужского голоса заключаются звуки от Е до h', а в пределах женского голоса- от d до с'". Нижний звук мужского голоса (баса) лежит в среднем на одну октаву ниже самого низкого женского голоса (контраль*.

то). Между высокими звуками разница значительнее - от h' до с'" (рис. 25).

Голос человека органически связан со словом, но с акустической стороны пение и речь в значительной степени разнятся друг от друга. Есть голос без грудной клетки, есть мелодия без текста, есть речь без голоса - шопот. Он образуетcя только в резонаторной трубке. Гортань при нем бездействует.

Голосовые связки только незначительно сближаются, чтобы вызвать незначительное трение выдыхаемой струи воздуха об их края, что придает шопоту некоторую звучность. Слова шопотом можно произносить как при вдыхании, так и при выдыхании, тогда как громкая речь может звучать только при выдыхании.

Если внимательно проследить манеру пения и привычное звучание голоса разных вокалистов, то можно сделать вывод, что только у немногих, отмеченных общим признанием артистов гласные буквы, составляющие основу звука, остаются неизменными в разных частях музыкального исполнения. Слушая таких исполнителей, замечаешь, как проста, правдива их способность петь и доносить звук до слушателя. Ощущается необыкновенная простота исполнения, и кажется в таких случаях, что это так просто уметь хорошо петь. И сколько раз ни приходится слушать обладателя такого высокого искусства, столько раз получаешь превратное представление о том, что хорошо уметь петь - легко.

Ясность произношения слов во время пения зависит не только от хорошего владения произношением согласных звуков, но, главным образом, от чистого и неискаженного произношения гласных.

Манера сблизить речь с пением широко пропагандировалась итальянской школой во время доминирования ее над всеми другими школами. Без умения чисто и ясно доносить до слушателя текст в вокальном исполнении певец не считался хорошим. Те исполнители, которые сумели путем длительных упражнений и осознания важности поставленной цели усвоить такого рода фонаторные требования, и являются мастерами вокального исполнения. У тех вокалистов, которым не удалось овладеть таковыми установками, гласные получаются неотчетливыми, неясными, а порою просто непохожими на ту букву, которую надо в данном случае произнести. Виды такой неприятной для уха и неправильной переделки гласных бывают различны: иногда А звучит, как О, иногда О, как А; бывает, что обе эти гласные сливаются вместе и произносятся, как ОА.

Это происходит вследствие искусственного, а часто привычного «затемнения» звука, а иногда вследствие его «обеления». Бывает, что одна гласная переходит в другую и обратно. При такой манере пения бывает часто совершенно невозможно понять не только текст, но даже с трудом удается разобрать, на каком языке или наречии поет певец.

Вместе с таким, встречающимся нередко, дефектом в произношении гласных бывают совершенно ненужные, вредные и совершенно портящие исполнение оттенки звука. Вокальная практика наделила их целым рядом всевозможных названий, по существу * своему имеющих мало общего с настоящим пением. Тут можно встретить и термины: «нёбный», «щёчный», «гландо- вый», «носовой», «горловой». Или определение певческого звука, как «высокий», и «близкий», «в маске собранный», «выдвинутый», «низкое или далекое звучание», «звук затылочный» и т. д. Все эти вредные оттенки, конечно, могут считаться помехой в пении и являются следствием той или иной манеры произносить гласные.

Такого рода существенный недостаток делает пение неправильным, подчас просто смешным, зачастую резко понижая, а порой сводя на нет даже имеющийся природный хороший голос и правильное дыхание.

Гласные являются тем образом, в который облекается звук. В них сконцентрировано все то, чем обладает данный певец в деле звукообразования, в них же отражаются все хорошие и плохие манеры данного вокалиста. Поскольку не существует певческого звука, который не опирается на гласные, постольку умение их произношения имеет в пении доминирующее значение.

Вследствие каких же причин происходит неправильное произношение гласных? Выяснено, что это большей частью происходит вследствие неумения сочетать работу голосового и артикуляционного аппаратов (рис. 26).

Вокалист, не осознавший движения, необходимые для наиболее тд к к т легкого и верного звукообразования, пользуется рядом ненужных и Рис. 26. Положение рта и языка при различных звуках (по Брюкке).

утомительных движений, которые ему в данную минуту представляются необходимыми. Он делает целый ряд неправильных артикуляционных движений, приводящих к не верному звучанию гласных. Иногда отношение певца к такому существенно важному вопросу, как правильная артикуляция в деле хорошего звучания гласных, бывает недостаточно серьезным.

Некоторые вокалисты, находя, что одна гласная звучит у них лучше другой, сознательно подменяют ее в тексте, желая таким путем затемнить свой дефект. Но такая замена никого, кроме певца, обмануть не может, резко меняя качество звучания его голоса.

Меняющиеся в таких случаях тембровые достоинства, а особенно недостатки, выступают настолько выпукло, что такое исполнение вызывает у слушателя отрицательное впечатление.

Пользование в пении манерой применения гласных, лишенных чисто певческих свойств, бывает у тех вокалистов, которые стараются в своем вокальном исполнении больше пользоваться речью, чем пением. Эта неполноценная манера петь наносит большой вред такому певцу, ухудшая качество тембра его голоса, сокращая его границы и нередко вызывая заболевания голосового аппарата. Можно наблюдать и обратную картину, когда артисты, обладающие хорошим певческим голосом, с хорошей школой и умением им пользоваться, совершенно не умеют пользоваться речевым голосом. В случае необходимости по тем или иным причинам им пользоваться они быстро устают, у них появляется охриплость голоса и нередко ряд заболеваний, вызывающих длительные перерывы в их обычной работе (рис. 27).

Примером такого рода, как приведенные только что две группы, могут, более чем другие, служить артисты оперетты, где постоянно пение сменяется речью. Ни у кого из вокалистов другой специальности не встречается такого количества поврежденных голосов, как у представителей этого жанра. Надо полагать, что смена пения р чью во время спектакля является не совсем простым делом, и далеко не всем удается это сделать легко. Те гласные, которыми пользуются при пении, хотя почти целиком сходны с гласными речи, но чем-то особым все же отличаются друг от друга. Они должны иметь свои, так сказать, особые физиолого-акустические особенности, которые и разнят их от гласных в речи.

Хорошие певцы приобретают навык строго следить за своей дикцией, и у них очень редко можно встретить явления перехода одной гласной в другую. Все же, если очень внимательно прислушаться к звучанию гласных во время пения и сравнить их с гласными речи, то можно заметить некоторую их затемненность.

Некоторые исследователи считают, что эта почти незаметная затемненность гласных в пении придает звуку певца общий характерный для каждого голоса тембровый тон, что не мешает различимости гласных во время пения. Эту некоторую затемненность гласных у всех певцов, у одних в большей, у других в меньшей степени, признало большинство физиологов и акустиков, изучавших гласные. Но также выяснилось, что чем хуже поставлен голос, тем больше проявляется эта затемненность, доходя до полного искажения.

Выяснено, что чрезмерное затемнение гласных во время пения не неверным способом их произношения. Каковы бы ни были  индивидуальные свойства каждого певца в этом отношении, он должен стремиться к тому, чтобы стараться приблизить произношение певческой гласной к ее речевому произношению.

Значительно более активная деятельность всего артикуляционного аппарата во время пения проявляется в значительном усилении мышечного сокращения и напряжения органов полости рта и глотки. Появляется повышенная слышимость, то есть способность звука нестись вперед. Это особенно выражено у певцов, имеющих правильную постановку голоса.

Эти существенные звуковые особенности получаются вследствие того, что при таком энергичном сокращении и напряжении артикулирующей системы полость рта и глотки обращается в резонатор, в котором имеющиеся стенки получаются твердыми. Он обладает свойством усиливать характеристический тон гласных и звуковые их свойства гораздо сильнее и лучше, чем резонатор, имеющий мягкие стенки. То увеличение звука, которое получается в полости глотки и рта, усиливающее характеристические тона гласных, увеличивает явления резонанса и в носовой полости, а также и в придаточных полостях носа. Результатом при соблюдении всех правил артикуляции произнесения гласных во время пения получается то «собранное» и яркое звучание голоса, которое так выделяет хорошего- певца.

Наоборот, при слабой артикуляции, при недостаточном внимании к работе артикуляционной системы, звучание гласных получается неопределенным, неотчетливым, что лишает вокальное исполнение одного из главных его ингредиентов художественности. Вследствие этого небрежная артикуляция гласных при пении отражается на звуке, который дает вокалист,, таким образом, что он приобретает скучную, вялую и неинтересную окраску. Поэтому те вокалисты, у которых неотчетлива дикция, имеют затемненное плохое качество общего звучания голоса и недостаточно стойкое звучание гласных, стремящихся во время пения переходить из одной окраски звука в другую.

На звучание гласных огромное влияние имеет глотка, которая находится в близком соседстве с гортанью. Это происходит потому, что сокращение глоточных мышц влечет за собой аналогичные движения в сторону мягкого нёба задней части языка (корня его).

Язык связан с подъязычной костью, являющейся, в значительной степени, опорой гортани. Наблюдения показали, что сокращение мышц корня языка вызывает некоторое опускание и установку в определенном положении гортани. У вокалистов, имеющих хорошую постановку голоса, наблюдается значительная устойчивость гортани.

У тех певцов, которые плохо умеют владеть своим голосом, пение сопровождается большой неустойчивостью гортани, что крайневредно отражается на качестве звука. В обратных случаях, где положение гортани является высоким и где в звукообразовании главное участие принимает передняя часть рта, без вовлечения в этот процесс глотки и без сокращения мышц задней части ротоглоточной полости, появляется неприятного качества так называемый «белый звук».

Если мы раньше говорили о том, что недостаточное напряжение мышц заднего отдела рта и глотки, а также недостаточно устойчивое положение гортани вредно отражается на звучании гласных, то, наоборот, перенапряжение мышц этих резонаторных полостей так же, как и чрезмерная устойчивость гортани и связанное с этим ее низкое стояние в тех случаях, когда в силу произношения некоторых гласных она должна подниматься, также может значительно портить звучание голоса. Перенапряжение мышц глотки ведет к чрезмерной работе сжимателей глотки, что чрезвычайно вредит его художественному качеству. Такого рода звук носит характер «горлового» звука. Все то, о чем до сих пор говорилось, дает возможность вывести заключение, что почти в равной степени искажает в вредит звуку как вялая дикция в пении, так и чрезмерная перенапряженность в Деятельности артикуляционного аппарата.

Итак, основой музыкальной дикции являются гласные звуки, которые несут на себе всю тяжесть рече-вокального исполнения.

Громадную роль для правильной дикции в пении играют согласные звуки, особенно их сочетание с гласными. Их значение увеличивается еще потому, что они имеют самую тесную связь и влияние на гласные, так как весь артикуляционный аппарат, образуя гласные буквы, в то же время является местом образования и согласных.

Экспериментальная фонетика, доказала, что гласные в сочетании с согласными несколько меняются в своем характере, но известно, что четкое произношение согласных делает более ярким звучание голоса.

Гласные и согласные находятся в тесном взаимодействии, так что от качества произнесения одних зависят и другие.

Вся деятельность артикуляционного аппарата, находясь в полной связи с деятельностью гортани и дыхательного аппарата, конечно, не может не зависеть от них.

Если сделать глубокий вдох с чрезмерным количеством воздуха, попавшего в легкие, то в результате возникшего резко повышенного давления воздух с силой будет давить на связки и стремиться вырваться из трахеи, что отзовется на увеличении интенсивности сокращения мышц рта и глотки. А это, в свою очередь, отзовется на звуке и на четкости произношения гласных.

Всего сказанного вполне достаточно, чтобы понять, какое огромное значение у каждого профессионала голоса, особенно у вокалистов, имеет правильная артикуляция и работа над четкой дикцией. Вокалисты должны приобрести особую привычку не только к правильной и не утомляющей их артикуляции гласных, но и выработать в себе такие навыки, чтобы уметь легко и свободно оттенять различные, самые тонкие нюансы, связанные с пением и являющиеся непременным условием мастерства.

Комментарии